Лучшие моменты жизни (с)

1 апреля смотрела в Доме Кино новый фильм о Людвиге II Баварском. 

Одна из известных фраз баварского «сказочного» короля «король должен оставаться вечной загадкой» оказалась для него вполне справедлива. Личность этого в высшей степени незаурядного человека при большом количестве свидетельств очевидцев, источников, писем, дневниковых записей до сих пор во многом остается загадочной и непостижимой. Лишний вопрос для кинематографистов: в какой мере и в каких вопросах стоит предложить свою версию событий, а где уместнее просто промолчать? Как найти логические связи меж поступками человека талантливого, увлеченного и неадекватно мыслящего? Немецкие кинематографисты в очередной раз взялись за решение этой непростой задачи, и думаю, решили ее неплохо.

Первый вопрос, который возникает естественным образом: «А надо ли было делать новый фильм, когда есть классический фильм Висконти 1972 года, когда есть красавец Хельмут Бергер, и лучше все равно не скажешь?» Теперь я могу ответить: да. У нового фильма, без затей озаглавленного «Ludwig II», есть свои несомненные достоинства. Здесь нам предлагают созданную современными средствами яркую, дивно красивую картинку и новые, свои собственные грани в портрете Людвига Виттельсбаха. Ценность этой интерпретации, может быть, как раз в том, что это национальная баварская продукция, здесь Людвиг представлен так, как видят его потомки его собственных подданных.

Начало фильма представилось несколько сумбурным, с постоянным повторением лозунгов за искусство и против войны, которые минут через пятнадцать начинают действовать на нервы, и нехваткой каких-то спокойных кадров для передышки. Однако потом все это некоторым образом устраивается, и сюжет захватывает. Понятно, что сумбурность эту и стремительную смену эпизодов вызывает необходимость втиснуть большую историю в ограниченный объем времени. Из-за этого же приходится отказываться от многих важных фактов и сюжетных линий в пользу пары основных, которые неизбежно оставляют ощущение, что нечто важное было упущено. Такое ощущение у меня было сразу после фильма, однако когда первое впечатление прошло, и я стала вспоминать, чего же там, собственно, не хватает, то обнаружила, что вообще-то все, что надо, в фильме присутствует, не упущено практически ничего, хотя некоторым фактам или персонажам отводится секунда-другая экранного времени.

Почти до конца фильма думала, где шляется граф Дюркхайм, адъютант короля, который в остальных виденных мной интерпретациях исполнял роль близкого друга и защитника Людвига – возможно, безосновательно… Здесь он появился секунд на пятнадцать, хотя как адъютант мог бы и почаще мелькать в кадре.

Но в целом достойно показана не только фигура самого короля, но и его эпоха, в тех же скупых кратких отсылках представлены настроения в обществе, революционное прошлое Вагнера, даже демократические взгляды Элизабет.

Главным достоинством фильма однозначно является его главный герой. Сабин Тамбреа, 28-летний румын ростом 1.93, прекрасно справился с нелегкой задачей. Именно рост, совпадающий с ростом самого Людвига, и привел его в этот проект. Лицом он на Людвига непохож, однако правильная штатура, вероятно, куда более важна, так как создает общее впечатление, а остальное достигается хорошей актерской игрой. Длинная, тонкая фигура, затянутая в наглухо застегнутый сюртук или черную рубашку, создает ощущение хрупкости. Людвиг на всех смотрит сверху вниз, нам доходчиво демонстрируют его спортивную форму, и в то же время он теряет сознание при любом всплеске эмоций. Молодой актер благополучно тянет на своих плечах весь фильм, весь груз сложной и неоднозначной роли, переходя от нежной восторженности и безумному рыку. Там есть момент, где после тяжелого спора из-за Вагнера Людвиг лежит едва не при смерти, над ним хлопочут врачи, приходит родная мать и в самый подходящий момент ходит вокруг него, зудя: «А я тебя предупреждала, выгони Вагнера, подпиши приказ о мобилизации!» Прежде чем прибежали любящий дядюшка и братец и стали капать на мозги уже с двух сторон (при таких родственничках сойти с ума немудрено), Людвиг посылает мать далеко и совершенно справедливо, и в момент, когда он кричит на нее, видно, как к его лицу на глазах приливает кровь. Решпект. У мальчика определенно большой талант, и что особенно приятно, здешняя интерпретация образа полностью совпадает с моим видением Людвига Баварского. Собственно, посмотрев трейлер, увидев эту тонкую фигуру, жесты, мимику, я сразу поняла, что это будет мой Людвиг и что смотреть надо обязательно.

В фильме традидионно много внимания уделяется отношениям короля и Вагнера – еще бы, это все-таки главное свершение Людвига, как говорат, меценатский подвиг. Вагнер очень хорош, хотя я бы добавила кое-что в эту линию… ну, как и во все  

Отношения с Элизабет вопреки традиции остались в стороне, Элизабет время от времени заезжает в гости главным образом, потому что печется о судьбе Австрийской имерии (что для нее совсем нехарактерно). Впрочем, ИМХО страшна она так, что чем меньше ее в кадре, тем лучше.

На первом плане здесь оказалась история с Зофи и несостоявшейся свадьбой. Зофи, которую традиционно стремятся представить или совершенно неинтересной, или в чем-то неприятной, однозначно симпатична – авторы не делают Людвигу поблажек, и их версия событий вполне удовлетворительна.

Центральный мужской персонаж помимо главного героя – шталмейстер Рихард Хорниг, пользовавшийся большим доверием короля и неоднократно упоминавшийся в его дневнике. На мой взгляд, слэшевая линия получилась слащаво-надуманной, зато хоть глаз отдыхает, поскольку дам тутошних лучше не видеть.

Собственно, у меня всего три претензии к фильму, и одна из них именно в этом: неужели нельзя было найти трех красивых женщины на роли матери и двух кузин Людвига? Потому что то, что мы имеем в фильме, нарушает общую гармонию и не соответствует исторической правде. В конце концов, это была одна семья, они все были похожи между собой (включая Людвига) и обладали утонченной аристократической наружностью, и если уж режиссеры искали точного соответствия главного героя по росту, то могли бы и тут постараться…

Второе мое замечание – можно было бы больше внимания уделить одержимости Людвига техническим прогрессом. Его собственная вовлеченность в процессы строительства и изобретательства и некоторые другие подобные моменты заняли бы лишних несколько минут за весь фильм и работали бы в пользу главного героя.

И еще разочаровала концовка фильма. Авторы пошли по пути наименьшего сопротивления и представили официальную версию, предложенную Людвиговыми вероятными убийцами: совсем свихнулся, дернулся бежать, случайно локтем пришиб доктора и почему-то утонул. И ни слова о том, что на другом берегу озера его ждали друзья, готовые вывезти его за границу, хотя это вроде бы установленный факт? Сорокалетнего Людвига играет другой актер, визуально он подходит для роли хорошо, но такое чувство, что его вообще стараются поменьше держать на экране и задачу перед ним ставят гораздо более простую, нежели у Тамбреа – он просто показывает явную психическую деградацию, на фоне которой действия правительства представляются правомерными.
Это, конечно, право авторов, однако, в любом случае, эпизоды ареста, заключения и смерти Людвига решены откровенно слабо – или просто торопливо, из-за ограниченного времени.

Зато ведущую роль в фильме вместо теряющего рассудок короля принимают иные персонажи – Нойшванштайн, Линдерхоф, Херренкимзее, его фантазийные замки-дворцы. Вообще, умопомрачительная картинка и грациозная операторская работа – еще одно большое достоинство этого фильма. Не говоря уже о современном качестве техники и освещения, которые заставляют пышные интерьеры и эффектные здания сиять по-новому в сравнении с тем же классическим вариантом. Кроме дворцов Людвига и внушительной мюнхенской Одеонплатц, нам показывают Версаль, знаменитую зеркальную галерею Версальского дворца и ее копию в Херренкимзее, словно бы предлагая сравнить.

С замками оказались связаны два момента большого веселья. Первый был, когда переводчик размеренно и старательно, по слогам, произнес: Ной-ШВАЙН-штайн. Для нешпрехающих: шван – лебедь, швайн – свинья, разные вещи, не правда ли? 

И достойным завершением этого похода в кинотеатр стал плакат, который мы увидели, когда после просмотра, впечатленные печальной судьбой Людвига (а именно в Нойшванштайне происходит его окончательная деградация, порывы к самоубийству, арест) спускались по лестнице кинотеатра. Плакат во всю стену с фотографией Нойшванштайна и надписью: «Лучшие моменты жизни!»

Лебяжьи замки

Vergrabe alle Schwerter

Und wirst du König sein,

Dann bau den Schwänen Schlößer

Aus Liebe, Luft und Stein!

Зарой все мечи

И, если станешь королем,

Cтрой лебединые замки

Из Любви, Воздуха и Камня!

Такое наставление дает няня юному кронпринцу Людвигу Виттельсбаху в мюзикле «Ludwig²», который ставился в музыкальном театре Фюссена, в тех самых местах, где проходило детство будущего короля Баварии.

Двадцать минут от Фюссена на велосипеде по отличной асфальтированной дорожке в красивом лесочке, обязательно под дождем (в Альпах совершенно невозможная погода, дождь и солнце постоянно сменяют друг друга), и оказываешься в Хоэншвангау – очередной пряничной деревеньке в полторы улицы, лежащей у подножия холма, на котором высятся уютно-желтые стены неоготического замка того же названия.

Хоэншвангау построил Максимилиан Йозеф, король Баварии, отец Людвига II, в романтическом духе на месте руин средневекового замка шванриттеров – рыцарей Лебедя, населявших эту долину. Деревенька выходит на зеркально-спокойное Альпзее, Альпийское озеро, а неподалеку раскинулось другое озеро, название которого известно на весь мир – Шванзее, Лебединое озеро. Сюда специально приезжал Чайковский набираться вдохновения для создания знаменитого балета – именно здесь родилась легенда о заколдованной прицессе-лебеде. А росписи на стенах столовой Хоэншвангау иллюстрируют другую «лебединую» легенду, связанную с музыкальным театром, – историю Лоэнгрина. Фигура лебедя гордо смотрит и с крыши замка меж угловых башен.

Именно Хоэншвангау был одной из целей моей поездки в Фюссен, так как в Нойшванштайне я уже была раньше. Крутой, но несмертельно, склон ведет к уютной велосипедной парковке у самых ворот, а дальше – маленькие уютные дворики с фонтанами и статуями, и сам замок, его довольно любопытные интерьеры, не настолько искусственные, как в Нойшванштайне, но в том же духе.

Стены в помещениях Людвигова замка украшают росписи на сюжеты пьес Вагнера, стены замка, возведенного его отцом, расписаны сюжетами из реальной или хрестоматийной истории германского народа и в частности баварской династии – здесь нашлось место Карлу Великому, Генриху Льву, средневековому трубадуру Хильтебольду фон Швангау, Мартину Лютеру, по легенде одно время скрывавшемуся в Хоэншвангау. Среди этих стен – этих историй и рос последний король-романтик. Людвиг, впрочем, тоже сделал кое-какой вклад в оформление дворца, а его дядя и преемник на престоле Люитпольд явно использовал Хоэншвангау для хранения подарков на многочисленные юбилеи. 

Карабкаться в Нойшванштайн я не стала, не было ни времени, ни погоды, и хотя хотелось пофотографировать заново, не получилось бы: сейчас он реставрируется и по большей части закрыт лесами. Фотографии Нойшванштайна здесь – это фотографии шестилетней давности, которые делала моя мама.

Экскурсия по Нойшванштайну тогда стала для меня в некотором роде разочарованием: я знала об этом замке и его интерьерах гораздо больше, чем включал экскурсионный текст, время на посещение было расписано по секундам и не было возможности задержаться и толком все рассмотреть. В Хоэншвангау, увы, дело обстоит примерно так же: интерес к замкам Людвига большой, туристов порядочно в любое время суток.

А это было написано после моего первого посещения Баварии :) :

Швангау, июнь 1886

Небо над Альпзее смутно,
Дышит долина тревогой,
Легче лебяжьего пуха
В стаи сбиваются тучи.
Смолкли веселые лютни,
В пропасть уткнулась дорога,
Как докричишься до духов
Рыцарей в шлемах летучих?

Замок, как будто из сказки
В явь обращенный случайно,
Поднят на облачной пене
К мраку, густому, как смоль,
Там средь бушующих красок
Праздничных стен Нойшванштайна
В обществе грез и видений
Ждет одинокий король.

Дебри альпийского леса,
Реки, рычащие глухо,
Замок венчает короною
Роскоши, света и золота.
Эхо не спетых здесь песен,
Внятное чуткому слуху,
Веет над горными склонами
И переливами Пёллата.

Эхо не сыгранной пьесы,
Эхо разбитых мечтаний,
Стон искалеченной птицы,
Как-то лишившейся крыльев,
За нарисованным лесом,
Может быть, – звуки рыданий…
Где он, блистающий рыцарь,
Строен, и юн, и всесилен?

Как он был свеж и прекрасен,
Рослый и голубоглазый!
С сосредоточенным взглядом
Мальчик в короне и мантии,
Все королевство в согласье
Так и пленилось им разом –
Кто б устоял пред парадом
Искренности и романтики?

Горько жалеть о несбыточном,
Больно – о просто несбывшемся,
Эти мгновенья умчались,
Как и эпоха Таннхайзера…
Только с жестокостью пыточной
Шепчут часы отзвонившие –
Больше не ищут Граалей
Завоеватели-кайзеры…

Видите? – рыцарь повержен
В серый туман над дорогой,
В пыль и кровавую пену,
В скрежет доспехов стальной.
Время ушло – не удержишь,
И остается немного –
Ждать неизбежной измены,
Звука шагов за спиной…

Горы, знакомые с детства –
Вот где упрятана истина,
В радостном топоте конском,
В зимнем шуршанье полозьев,
В выдуманном королевстве,
В мире науки и… призраков
В Пёллата узкой полоске,
В древних балладах и прозе…

Рыцарей прошлого тени
Бродят в тяжелом предчувствии,
Слыша их шепот тревожный,
Смотрит король в темноту,
Зная одно – без сомнений –
В дивных пространствах искусственных
Он доказал, что возможно
Правдою
              сделать
                            мечту.

ФЮССЕН: нарисованный город из книги сказок

Живописный старинный городок Фюссен (менее 15000 населения), основанный еще древними римлянами на торговом пути виа Клавдиа Августа, лежит в прекрасной альпийской долине на узкой горной реке Лех, впадающей в обширное озеро Форггензее, окруженное могучими массами гор. На закате Средневековья Фюссен прославился как центр производства лютен и скрипок. В наше время сюда приезжают ценители видов спорта, связанных с живописными местами – яхт, велотуров, альпинизма, или просто долгих пеших прогулок, а также туристы – полюбоваться сказочными замками. Девственные склоны Альп, ровные зеленые луга, спокойные озера, удваивающие всю эту красоту четкими отражениями, создавали бы совершенную идиллию, если бы каждый раз при смене ветра не долетал откуда-то характерный коровий запах. Что поделаешь, основная местная промышленность…  

Форггензее – искусственное озеро, созданное в середине XX века, длиной более 15 км. Благодаря регулируемому уровню воды, оно защищает город и окрестности от затоплений по весне, во время таяния альпийских снегов.

Деревеньки по берегам соединяет маршрут пары-тройки плавсредств разного размера и достоинства, несколько раз в день совершающих вояжи как для туристов, так и для местных жителей, желающих попасть домой по прямой, или срезать кусок веломаршута. 

С озера открываются эффектные виды на замки Людвига II Баварского, Фюссен с возвыщающимся над городом Хоэс Шлоссом и внушительный Музиктеатр Фюссен.

На реке Лех, бегущей через город под самым замком и далее в узкое скальное ущелье, имеется красивый водопад Лехфалль, поблизости от него отвесный склон утеса украшает бюст короля Максимилиана Йозефа Баварского, отца Людвига II.

Средневековый центр города представляет собой очаровательную фантазийную картинку, словно из детской книжки, и кажется ненастоящим. Мощеные улочки, застроенные разноцветными домиками, ведут к игрушечному замку; повсюду бродят суровые караульные с мушкетами, задумчивые монахини, средневековые солдаты и музыканты, а то вдруг промелькнут кавалер с дамой из XIX века; в призамковом парке кипит работа в кузницах, а покрывающие стены росписи создают дополнительное ощущение нереальности, только и соображаешь, где настоящие окна, двери, а где нарисованные.

И все это плавно переходит в спокойный пригород с невысокими – в два – максимум три этажа – отдельными домами, спокойными шоссе, сопровождаемыми велосипедными дорожками, которые уводят из города в окрестную сельскую местность, поля с коровами, маленькие городишки-деревеньки и леса, покрывающие склоны близких гор.

Над городом возвышается, вырастая из диких утесов, стиснувших русло Леха, позднеготическая крепость Фюссена, именуемая без большой фантазии «Хоэс Шлосс» - Высокий замок.

Белые стены покрывает характерная «иллюзорная» настенная живопись, вокруг скромных окошек нарисованы фальшивые, зрительно выпуклые вимперги – готические фронтоны, углы украшают разноцветные «кирпичи». 

Единый ансамбль с замком образует бенедиктинский монастырь Занкт-Манг с такой же расписной башней.

В субботу, на 167-летие Людвига II, на улицах старого города и в призамковом парке кипела бурная деятельность – то ли местные жители готовились к какому-то крупному праздничному действу, то ли это было нормальное времяпрепровождение фюссенцев в погожий уик-энд, но по улицам бродили фигуры из самых разных эпох, причем не без дела бродили – костюмы показать, а вполне целеустремленно.

Иногда наблюдались и вовсе удивительные сценки :)

Отель «Хирш», в котором я остановилась, самым естественным образом вписывался в эту общую сказочную картину – с нарисованными на стене лестничными перилами, со старинными куклами и лошадками в качестве декора, расписной антикварной мебелью в коридорах и прелестной террасой, откуда разбегаются яркие черепичные крыши до голубоватых акварельных силуэтов Альп и пастельных замковых стен.

Город, где живет сказка

 

Сверху Ротенбург об дер Таубер представляет собой живописное зрелище крутых черепичных крыш свеженького красного цвета, окруженных полноценной средневековой стеной с многочисленными сторожевыми башнями с часами и без, и все это утопает в густой зелени Тауберталя. Видимо, за эти крыши Ротенбург назвали когда-то «Красным городом», впрочем, город этот помнит еще конец первого тысячелетия нашей эры, и откуда там что пошло, давно утонуло в глуби времен. А насладиться видом средневековых крыш несложно – достаточно подняться по неровным каменным ступеням на городскую стену и прогуляться вокруг славного старинного городка по галерее с узкими бойницами, из которых отбивались в Тридцатилетнюю войну ротенбуржцы от католической армии Йоганна графа фон Тилли.

Именно в этом особенность и ценность Ротенбурга, маленького города населением в 11 000, расположенного в долине реки Таубер во франконской части Баварии – здесь, за высокой кменной стеной и стройными башнями ворот законсервировано красочно-романтически-фантазийное средневековье. И что самое восхитительное – оно совершенно настоящее. Бавария богата фантазийными замками, неоготическо-эклетическими стилизациями, созданными в XIX веке склонными к романтике представителями правящей династии Виттельсбахов, однако Ротенбург остается особым местом, ибо, во-первых, это не построенный или реставрированный до неузнаваемости по королевскому приказу замок, а целый город, а во-вторых, он аутентичен, и бродя по его узким крутым улочкам или выглядывая рано утром из высокого окошка мансарды на горбы крыш и церковные башни, ты можешь почувствовать особый дух времени, не затертый надстройками и перестройками. 

Граф фон Тилли пощадил этот город. По легенде, он предложил тогдашнему бургомистру выпить бочонок в три с половиной литра местного вина (в отличие от остальной Баварии, Франкония славится на пивом, а именно очень дорогими марочными винами), а за это обещал не сжигать его город, не забыв предупредить, что вино отравлено. Бургомистр выпил этот бочонок, упал замертво, но через какое-то время очнулся и обнаружил, что войска ушли из Ротенбурга. Вино не было отравлено, Тилли просто испытывал, готов ли бургомистр отдать жизнь за город красных крыш. 

Не поднялась рука и у союзников во Вторую Мировую войну брать город артиллерией. Впрочем и местный командующий пошел им навстречу, нарушив приказ Гитлера стоять до конца и сдал «самый немецкий из немецких городов», модель национальной идеи,  союзникам, чтобы уберечь от разрушения. 

Просто Ротенбург действительно фантастически красив.

Марктплац, центральная Рыночная площадь:

Виды из окна отеля:

Вид из бурга на город: 

Ворота крепости: 

Кузница:

Естественно, на живописных улочках находится множество прелестных лавок, где продаются стандартные немецкие сувениры, в основном бросаются в глаза почему-то плауэнские кружева, хотя это саксонское ноу-хау, и местные лакомства. Но самая волшебная лавка, очень соответствующая сказочному городку – это Рождественский музей Кэте Вольфарт. 

Когда заходишь в это нарядное здание, сразу по правую руку тебя встречает огромная витрина, за которой находится дом, бурно живущий своей посведневной жизнью: десятки плюшевых зверушек деловито трудятся: заяц моет окно, лягушка сушит белье, обезьянка чистит трубу, не обращая внимания на толпящихся за стеклом зрителей. Стоит засмотреться на витрину, и к посетителю спешит старичок-сторож: Вы откуда? Вы заходите – там красиво! – и огороженный, как в нормальном музее, путь ведет посетителя по затемненным, освещенным елочными фонариками подвальным помещениям огромного магазина, где в каждом зале, каждом закутке или коридоре собраны игрушки определенного типа – стеклянные, деревянные, а то и определенной цветовой гаммы, или традиционные сувениры, те же плауэнские кружева, баварские резные часы с кукушками и т. д. Гулять там можно часами, и особенно приятно в середине жаркого летнего дня вдруг окунуться в полную праздничных огней, таинственной полутьмы и подвальной прохлады атмосферу Рождества…